Бегимай (имя изменено) – будущий экономист. В следующем году она получит степень бакалавра и сможет полноправно работать по профессии. Девушка успевает не только успешно учиться, но и работать в одном из общественных фондов. Мало кто знает, что за свои 19 лет ей пришлось пройти через череду жизненных трудностей. 

Драки и ссоры родителей все время происходили на глазах маленькой Бегимай. Соседи узнали об этом и пожаловались в местный акимиат. Вскоре на пороге появились соцработники. Выяснилось, что дом, где жила Бегимай вместе с родителями, был непригодным для жизни, к тому же девочка уже четыре месяца не ходила в школу. 

«Я рада, что меня забрали в детский дом, потому что дома было ужасно – по ночам было холодно, крысы кусали. А в детском доме хоть и жестоко было: у нас никогда не было права выбора, нас никто ни о чем не спрашивал, я бы все равно выбрала жить там, а не дома с мамой», – признается она.

Так в 11 лет Бегимай попала в детский дом. Ни родителям, ни родственникам девочка оказалась не нужна.

«Мне некуда было идти»

Четыре года назад Бегимай выпустилась из детского дома. Каждый год из стен детских домов и интернатов выпускается около 400 таких детей. Большинство оказываются брошенными на произвол судьбы. Государство содержит их до 16-18 лет, но ни один госорган не ведет учета, о том, куда идут эти дети после выпуска из детского дома.

Однако их жизни складываются по-разному: у кого-то получается реализовать себя и стать успешным человеком, но есть и те, кто уходит в криминал, живет на улице, становится жертвой трудового рабства или вовсе вовлекается в проституцию – потому что по-другому они не умеют. 

В 16 лет Бегимай закончила 9 класс. «Я помню в тот день, 17 июня, был выпускной. После него мы должны были уехать из детского дома, неизвестно куда, мы просто должны были уехать. После выпуска я нашла свою первую работу. Четыре месяца работала официанткой и мне ни копейки не заплатили. Потом работала нянькой, помощницей по дому», – рассказывает она. 

Согласно законодательству, дети-сироты, при достижении 16 лет, не имеющие жилья для проживания, пользуются правом внеочередного получения жилой площади на праве пользования в порядке, установленном государством. Но и здесь есть свои подводные камни.

Только если круглому сироте из детского дома вроде бы полагается жилье, Бегимай ничего такого не полагалось – у нее есть родители, значит, не положено. Хотя нередко и круглые сироты жалуются на то, что никакого обещанного жилья им не предоставляется и они вынуждены самостоятельно искать «крышу над головой». 

«После выпуска я жила в социальном общежитии, туда идут многие выпускники. Но все четыре года что я там жила, места для выпускников детских домов занимали люди из хороших семей, которые платили администрации за жилье. А вот летом я ездила к бабушке в Ош, потому что больше некуда было идти. Только в этом году я со своими подругами смогла снять квартиру. Район не самый лучший, но из-за того, что дом в хорошем состоянии, мы согласились. В хорошем районе слишком дорого снимать квартиру», – говорит Бегимай. 

По словам руководителя ОФ «Наш голос» Айнуры Ормоновой, основная проблема в том, что в распоряжении государства нет жилищного фонда, из которого выпускникам детских домов выделяли бы квартиры.

Айнура Ормонова. Фото: Facebook

«Государство говорит о том, что квартир для выпускников нет. Сейчас хотя бы возвращают квартиры, в которых дети раньше жили. И когда государство отчитывается о том, что они выдали квартиры, на самом деле они принадлежали родителям этих детей, вот они их вернули ребятам, а новые квартиры еще никому не давали», – заявила Ормонова.  

Директор ОФ «Прав защиты детей-сирот» Игорь Беляев также является выпускником интерната. В свое время он добивался того, чтобы ему по праву выдали жилье, но все попытки так и остались тщетными. 

«Закон четко гласит, что выпускник-сирота имеет право получить жилую площадь, и не просто комнату, а полноценное жилье. Но к сожалению, муниципальные квартиры не выдаются, хотя на балансе они у них есть. Люди вынуждены годами стоять в очереди, ждать выдачи жилья. Но зачастую их просьбы так и остаются на полочке. Это никому не нужно», – отметил он. 

Детдомовцы мечтают о высшем образовании, но редко имеют возможность

По данным фонда Оэйсис, только один процент всех выпускников детских домов поступают в высшие учебные заведения. Из-за низкого качества образования ребятам из детских домов сложно конкурировать с теми, кто вырос в семье и закончил все одиннадцать классов.

Бегимай все же смогла поступить в университет на экономиста, но без трудностей не обошлось. 

«Я должна была бесплатно учиться в колледже в десятом и одиннадцатом классе, но и здесь меня обманули. Никакого бесплатного обучения не было, но мне помогли в общественном фонде и заплатили за мою учебу. В детских домах школы с низким уровнем обучения. Если там я училась на 5, то когда поступила в колледж, я еле тянула на 3. У меня был очень маленький шанс поступить в какой-нибудь хороший университет. Поэтому сейчас я учусь в «Аграрном», но и здесь обучение не бесплатное. У нас как-то была встреча с депутатами, мы просили выделить квоты для детей из детских домов. Но потом меня вызвал ректор и сказал, что это невозможно», – вспоминает Бегимай. 

Бегимай не хотела становиться поваром или парикмахером, как ее настраивали воспитатели в детском доме. Она мечтала получить высшее образование, пусть и не в самом лучшем университете страны.

Директор ОФ «Оэйсис» Мээрим Осмоналиева отметила, что от квот в учебных учреждениях не всегда есть польза. При этом, в некоторых университетах и вовсе требуют от выпускников детских домов полную оплату за обучение. 

Мээрим Осмоналиева. Фото: Facebook

«Наше государство выгоняет этих детей в никуда. Но когда мы им говорим об этом, они начинают объяснять, что для выпускников детских домов есть квоты в колледжах. Но в этих колледжах не всегда есть места, а иногда они требуют справки от родителей этих детей, которых невозможно найти. То есть эти дети проходят все унижения, которые есть в нашем обществе. В случае сложной жизненной ситуации, многие дети не знают куда идти и к кому обратиться», – уточнила она. 

«Ошибку нужно исправлять»

Основную помощь в социализации выпускников детских домов оказывают общественные фонды. Например, у ОФ «Прав защиты детей-сирот» есть два молодежных дома для мальчиков и девочек из детских домов, которым некуда идти. С ними проживают социальные работники, которые помогают им адаптироваться к самостоятельной жизни.

Еще один общественный фонд «Оэйсис», благодаря пожертвованиям неравнодушных людей, оплачивает обучение детям из детских домов в вузах и колледжах Кыргызстана. Но они физически не могут охватить всех выпускников, которые каждый год покидают стены детских домов и интернатов. 

Преобладающее большинство выпускников детдомов так и не устраиваются в нормальной жизни, потому что их никто не научил. Многие и вовсе не знают о своих правах и о том, что им положено по статусу. Бегимай – лишь одна из немногих, кому удалось найти себя в этом мире вопреки всем сложностям.

По словам главы фонда «Оэйсис» Мээрим Осмоналиевой, раз уж детдомовца после окончания девятого класса отправляют на улицу, его должны научить зарабатывать себе на жизнь, принимать решения и правильно пользоваться возможностями.

«Вся система в Кыргызстане устроена так, чтобы как можно больше сделать этих детей беспомощными. То есть он выходит из детского дома в 16 лет с ощущением, что этот мир жестокий, у него есть непринятие себя. Ребенок постоянно повторяет, что «я выпускник детского дома», «у меня ничего не получится», «родители меня бросили из-за того, что я плохой». Сейчас мы хотим предложить государству изменить систему. Это их ошибка, но эту ошибку надо исправлять», – добавила она.

В следующем году Бегимай закончит обучение в университете и станет экономистом. В свободное время она помогает ребятам-выпускникам детских домов, которые оказались в такой же ситуации, как и она четыре года назад. Девушка хочет, чтобы у будущего поколения выпускников детских домов были хорошие и достойные условия для жизни.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here